За первый месяц войны в Иране одним из главных мировых ньюсмейкеров стал Пит Хегсет — министр обороны США, редко сдерживающий себя в выражениях. Бывший телеведущий Fox News, который называет правила ведения войны «чушью», пришел в Пентагон, обещая встряхнуть ведомство. Он объявил войну «раздутому аппарату», политике инклюзивности и журналистам, но запомнится, вероятно, войной против Ирана, пишет Русская служба Би-би-си.
Чушь на поле боя
2005 год, разгар войны в Ираке. Быстрый разгром регулярной армии Саддама Хуссейна весной 2003-го не принес США желаемой победы: партизанское вооруженное сопротивление росло, а вместе с ним и американское военное присутствие в стране. Изначально высокая поддержка войны среди американцев падала.
В Багдад в качестве пехотного командира взвода прибыл 25-летний лейтенант Пит Хегсет, выпускник престижного Принстонского университета.
Годами позже он вспоминал, как военный юрист объяснял его взводу правила ведения боев: даже по врагу с гранатометом нельзя открывать огонь, пока тот не продемонстрирует явное намерение выстрелить. В своей книге «Война против воинов» (The War On Warriors) Хегсет писал, что после этого собрал своих солдат и велел им не забивать себе голову этой «чушью».
«Парни, если вы видите врага, которого считаете угрозой, вы открываете огонь и уничтожаете эту угрозу. Это дебильное правило, из-за которого гибнут люди», — сказал он.
Спустя 20 лет Пит Хегсет возглавил американское Министерство обороны — во второй срок Дональда Трампа ведомство получит полуофициальное название Министерство войны.
«Современные бойцы воюют с юристами не меньше, чем с плохими парнями. Наши враги должны получать пули, а не адвокатов», — писал в своей книге Хегсет.
Женевские конвенции — международные документы, которые защищают военнопленных и гражданское население во время войн — будущий глава Пентагона пренебрежительно называл «правилами, написанными 80 лет назад важными мужчинами, сидящими в кабинетах с мебелью из красного дерева».
Хегсет в Гуантанамо
Свое детство Пит Хегсет провел в Форест-Лейк — респектабельном городке в штате Миннесота, известном своими живописными озерами. Его отец работал баскетбольным тренером в местной школе, а мать — бизнес-коучем.
Хегсет окончил школу в 1999 году как лучший ученик класса — ему даже поручили произнести прощальную речь на выпускной церемонии.
Высокие баллы позволили Хегсету поступить в Принстон на политологию. В университете он играл в баскетбольной команде, возглавлял консервативное студенческое издание и был участником программы подготовки офицеров запаса армии США при гражданских университетах. После выпуска он получил офицерское звание и стал пехотным офицером Национальной гвардии США.
В 2004 году Хегсет прошел подготовку в Форт-Беннинге — одной из крупнейших военных баз на территории США, после чего его направили на базу Гуантанамо на Кубе — там он возглавил взвод солдат Национальной гвардии Нью-Джерси, отвечавших за охрану заключенных.
Военная тюрьма на Кубе имеет репутацию одного из самых страшных мест на планете за счет широко задокументированных издевательств над заключенными, происходивших в 2000-х годах.
«Я никогда не был причастен к пыткам», — говорил позднее Хегсет.
В 2025-м, в ходе сенатских слушаний по утверждению его на пост министра обороны, ему припомнили слова о том, что он не имеет ничего против пытки водой (известной также как имитация утопления) в отношении организатора терактов 11 сентября.
На прямой вопрос, считает ли он такие методы допустимыми, Хегсет ответил уклончиво: «По действующему в стране закону пытка водой запрещена».
«Мы — страна, которая ведет войну в соответствии с законом, и наши мужчины и женщины в форме всегда поступают именно так, — писал Хегсет в своей книге. — Но слишком много людей, сидящих в офисах под кондиционерами, любят указывать пальцем на тех парней в темных и опасных местах, на тех женщин в вертолетах над вражеской территорией, которые делают то, на что люди в Вашингтоне никогда бы не осмелились».
Отношение к пыткам — не единственное, что смущало сенаторов, утверждавших Хегсета на должность главнокомандующего сильнейшей армией мира.
Вечеринка в стрип-клубе
Из Гуантанамо, где Пит Хегсет провел меньше года, он отправился в Ирак, а вернувшись в Америку, попробовал себя в новых ролях. Отучился в магистратуре в Гарварде и даже попытался пойти в большую политику — в 2012 году участвовал в республиканских праймериз в Сенат, но проиграл голосование на партийном съезде.
Недолго возглавлял ветеранскую организацию Vets for Freedom («Ветераны за свободу»). Этот опыт вряд ли можно назвать успешным: под его управлением организация набрала крупные долги, после чего, как сообщали СМИ, доноры наняли финансового аудитора, а Хегсета фактически отстранили от управления.
Затем он добровольно отправился в Афганистан — но не на передовую, а в Кабул, где работал старшим инструктором в центре подготовки по контрповстанческой борьбе. По возвращении из Кабула он возглавил еще одну ветеранскую организацию — Concerned Veterans for America (CVA, «Обеспокоенные ветераны за Америку»), и этот руководящий опыт оказался еще более скандальным.
В 2014 году, как писал New Yorker, Хегсет повел сотрудников отдохнуть в стрип-клуб и напился до такой степени, что коллегам пришлось удерживать своего начальника, чтобы тот не полез на сцену к выступавшим девушкам.
Несколько бывших сотрудников организации подготовили внутренний доклад для руководства, в котором перечислили и другие известные им случаи неподобающего поведения Хегсета. Утверждалось, что он неоднократно появлялся на работе пьяным и что его не раз приходилось буквально уносить с мероприятий. А в мае 2015-го, как говорилось в отдельной жалобе бывшего сотрудника, во время рабочей поездки пьяный Хегсет скандировал «Смерть всем мусульманам!».
Бывшие сотрудники CVA писали, что в организации сложилась токсичная атмосфера, особенно враждебная по отношению к женщинам, которых делили на «тусовщиц» и «нетусовщиц». По данным New Yorker, Хегсет покинул организацию в начале 2016 года под давлением, хотя официально его уход объяснили взаимным решением сторон.
Незадолго до его назначения министром обороны всплыло и потенциально более серьезное подозрение — в 2017 году девушка обвинила Хегсета в сексуализированном насилии, но дело обошлось без предъявления обвинений: по данным Associated Press, Хегсет выплатил заявительнице 50 тысяч долларов по соглашению сторон, хотя и утверждал, что все произошло по взаимному согласию.
Обвинения в пьянстве и неподобающем поведении фигурировали на слушаниях в Сенате, но допрос демократов ничуть не смутил кандидата в министры обороны. Хегсет не оправдывался, а шел в контратаку, называя многие претензии кампанией по его дискредитации.
Опыта публичных выступлений к тому моменту у него было достаточно.
Топор в руку
Этап карьеры, который, вероятно, и привел Пита Хегсета в Пентагон, начался еще в годы работы в CVA — в 2014-м он начал сотрудничать с консервативным телеканалом Fox News, позже став его постоянным комментатором. Он предстал перед телезрителями в образе молодого ветерана, запоминающегося не столько аналитикой, сколько своей манерой — он не стеснялся резких выражений, умело сводил сложные темы к емким телевизионным тезисам и говорил без оглядки на критиков.
Телевидение дало Хегсету то, чего не могли дать ветеранские организации, — доступ к массовой аудитории и внимание республиканского избирателя. Он постоянно нападал на руководство Пентагона и нравился аудитории тем, что поднимал темы, о которых не говорили военные и чиновники.
К 2017 году Хегсет стал одним из самых узнаваемых лиц канала и соведущим программы Fox & Friends Weekend. В этой должности он запомнился в том числе тем, что во время записи сегмента с бросанием топора в деревянную мишень промахнулся и попал в руку музыканта армейского оркестра (музыкант подал в суд, стороны урегулировали спор внесудебным соглашением).
Не обходилось и без политических скандалов, одним из которых стала кампания Хегсета в защиту американских военных, обвиненных или осужденных по делам о военных преступлениях. Хегсет активно добивался их помилования, и в 2019 году Трамп действительно помиловал нескольких из них.
Дональд Трамп, сам появлявшийся в программе Fox & Friends, подружился с Хегсетом быстро — они говорили на одном языке про патриотизм, армию и слабость вашингтонских элит. Во время своего первого президентского срока Трамп иногда прерывал совещания, на которых обсуждались армия и ветераны, чтобы позвонить Хегсету, который нравился ему своей прямотой, рассказывала Wall Street Journal.
О дружбе будущего министра обороны с избранным президентом писали многие СМИ, но сомнения в его кандидатуре возникли даже у некоторых республиканцев: традиционно главой Пентагона становились кандидаты с большим опытом управления, пользующиеся поддержкой обеих партий. У Хегсета не было ни серьезного управленческого, ни политического опыта.
Финальное голосование в Сенате завершилось со счетом 50 на 50 — против Хегсета проголосовали все демократы и трое республиканцев. Вице-президент Джей Ди Вэнс воспользовался своим конституционным правом и приехал в Сенат, чтобы подать решающий голос.
Несмотря на сопротивление собственной партии, Дональд Трамп получил своего министра войны.
Молитвы против врагов
Скандалы начались почти сразу после того, как Пит Хегсет возглавил Пентагон. Сначала они были частью общего наступления Трампа на бюрократический аппарат Вашингтона: в феврале 2025 года президент уволил председателя Объединенного комитета начальников штабов, затем были сняты с должностей и другие высокопоставленные военные. Хегсет поддержал эти кадровые решения и выступил за сокращение «раздутых» штабных структур.
Параллельно он начал быстро перестраивать внутреннюю политику Пентагона: с приходом новой команды в ведомстве свернули программы разнообразия и инклюзивности, руководство распорядилось изъять и пересмотреть в военных учебных заведениях книги о расе, гендере и других «разделяющих концепциях».
В апреле Хегсет отменил программу, которая продвигала роль женщин в предотвращении конфликтов и восстановлении мира после войн, хотя еще в первый срок Трамп подписал ее как федеральный закон. А в сентябре Пентагон распустил давний консультативный комитет по вопросам службы женщин в армии, объявив его проводником «разделяющей феминистской повестки».
При Хегсете в Пентагоне были введены новые правила для корреспондентов: аккредитации могли лишиться те, кто, по версии ведомства, добивался от источников несанкционированной информации, получал внутренние документы или работал с утечками — то, на чем многие годы строилась работа профильных журналистов.
Серьезным тестом позиций Хегсета стал так называемый Signalgate — скандал из-за утечки секретной информации о военных планах. В марте 2025 года главный редактор журнала Atlantic случайно попал в закрытую группу в мессенджере Signal, где высшие должностные лица США, в том числе Хегсет, обсуждали американские удары по хуситам в Йемене. Через несколько недель агентство Reuters сообщило, что Хегсет делился деталями той же операции и в другом чате, где были его жена, брат, личный адвокат и другие близкие ему люди.
Несмотря на то что информация, которой делился Хегсет, была засекреченной и в случае перехвата могла поставить под угрозу безопасность американских военных, никаких очевидных дисциплинарных последствий для министра обороны эта история не имела.
Запомнится Хегсет и тем, что в прошлом году провел первую для министра обороны христианскую молитвенную службу в здании ведомства, и с тех пор они проводятся там ежемесячно — хоть и не всегда под его руководством.
В марте, на фоне войны с Ираном, Хегсет молился о том, чтобы «каждый выстрел против врагов праведности и нашей великой нации достиг цели».
Washington Post писала, что происходящее ломает старую норму, при которой Пентагон старался сохранять видимую религиозную нейтральность с учетом разнородности армии. А ежемесячные молитвенные встречи уже стали предметом судебного спора с организацией Americans United for Separation of Church and State, выступающей за разделение церкви и государства.
Все по плану
Одной из главных тем, доставшихся Хегсету в наследство на посту министра обороны, стал украинский вопрос. К тому моменту развязанная Россией война шла почти три года; администрация Джо Байдена направляла Киеву военную помощь, а созданная при предшественнике Хегсета контактная группа стала главным механизмом координации оружия и боеприпасов для украинской армии.
С самого начала Хегсет дал понять, что смотрит на эту проблему иначе. В феврале 2025 года на встрече союзников в Брюсселе он публично сказал, что возвращение Украины к границам до 2014 года нереалистично, а членство страны в НАТО не рассматривается как результат мирного урегулирования.
Уже на следующий день его слова пришлось смягчать Джону Коулу, заместителю спецпосланника президента США по Украине и России. В Мюнхене он заявил, что Вашингтон не снимает с повестки ни возможное членство Украины в НАТО, ни ее потенциальное возвращение к границам до 2014 года: по его словам, в переговорах «все варианты остаются на столе».
Примерно через неделю после инаугурации Трампа Хегсет распорядился остановить 11 грузовых рейсов с уже одобренным для Украины оружием — это были поставки, согласованные еще администрацией Байдена.
По данным Reuters, этот приказ застал врасплох даже Белый дом, Госдепартамент и часть аппарата нацбезопасности: прямого распоряжения Трампа на остановку этих рейсов не было. Спустя несколько дней поставки возобновились.
В украинском вопросе Хегсет запомнится как рупор перемен. Он был тем человеком, который постоянно давал понять, что Америка больше не хочет нести основную нагрузку — пришло время Европе вооружать себя самостоятельно.
Совсем другое дело — война в Иране, которую США начали 28 февраля этого года. Как и война в Ираке во времена службы там Хегсета, она непопулярна среди американцев — лишь 35% поддерживают действия администрации.
Специалисты по международному праву спорят, могла ли администрация вообще начинать войну без одобрения Конгресса и можно ли юридически оправдать масштаб ударов заявленной необходимостью самообороны.
Сам Хегсет на эти вопросы отвечал в привычной манере: операция, уверял он, «точечная», «не бесконечная» и направлена на уничтожение иранских ракетных возможностей, флота и другой инфраструктуры.
19 марта, отвечая на критику, что конфликт затягивается, он уверял, что все идет по плану.
В конце марта Washington Post сообщила, что за четыре недели США израсходовали более 850 ракет Tomahawk, и, по данным газеты, это вызвало тревогу у части чиновников Пентагона: запас высокоточного оружия ограничен. В тот же день представители разведки в разговоре с Reuters оценили успех операции: по их словам, США могли с уверенностью подтвердить уничтожение лишь примерно трети иранского арсенала баллистических ракет.
Американских военных подозревают в непреднамеренном ударе по иранской школе, в которой, по официальным данным, погибли 168 человек, около 110 из которых — дети. Отвечая на вопросы об атаке, Хегсет заявлял, что армия не атакует мирное население, а обстоятельства этого удара расследуются.
Если ответственность США подтвердится, это станет одним из самых смертоносных ударов по гражданскому населению за десятилетия американских кампаний на Ближнем Востоке.
Дональд Трамп пришел на второй срок с обещанием заканчивать войны, но именно эта начатая им война, учитывая последствия для региона и мировой экономики, может стать его главным международным наследием.
Перед тем как в конце февраля на Иран полетели первые ракеты, президент обсуждал варианты действий с небольшой группой советников, рассказывал CNN.
Никто из участников не акцентировал внимание на потенциальных рисках этой операции, утверждают источники телеканала.
Согласно им, Пит Хегсет не навязывал Трампу войну, но, как только президент принял решение, стал ее главным «чирлидером».
«Как ему и положено, — объяснил источник CNN. — Он все еще ответственный за то, чтобы она обернулась успехом».